“И опыт – сын ошибок трудных”
А.С.Пушкин
В рыбалке каждый идет своим путем. Хотя начинается болезнь эта для всех примерно одинаково: немудреная поплавочная удочка, тихая летняя заводь где-нибудь на уютном бережку, надоедливый писк комаров, долгожданная поклевка и, наконец, первый полосатый окунек или, скажем, карасик, размером чуть больше спичечного коробка. Вот оно – счастье! Вот она – радость добытчика, гордость кормильца, унаследованная от первобытных пращуров и чудом сохраненная в генах современного человека!
Со временем наркотическая тяга к рыбалке не только не ослабевает, но, наоборот, усиливается, становится более изощренной и требовательной. И уже не достаточно просто поймать полтора десятка жадных ершей, которые азартно прыгают на крючок, не обращая внимание на довольно грубую снасть и шумное поведение людей на берегу. Нет! Уже хочется чего-то большего, чего-то недоступного! Предметом вожделения становится огромный златобокий лещ, храбрый стремительный жерех или, например, клыкастый красавец судак. Удочку из орехового прута сменяет изящное карбоновое чудо с ювелирно отполированными кольцами и катушкой, мало чем отличающейся по сложности конструкции от знаменитых швейцарских часов. В гардеробе поселяются ранее невиданные вейдерсы, многокарманные жилеты, куртки из ткани “Windblock”, а на книжных полках начинают господствовать различные рыболовные издания.
Ну, кажется, все! Баста! Некуда лещу (жереху, судаку) деваться. Так или иначе, поймаю. Не сегодня, так завтра! Ну, а как же? Снасти-то ого-го! Да плюс ко всему маскировка на уровне, ну и фаза Луны подходящая, а уж о приманках вообще не говорю! Точно поймаю, вот или сегодня вечером или завтра, ну, в крайнем случае послезавтра. Не сомневайтесь!
И бывает, ловится, ага, ловится. А бывает и нет… Вот и угадай ее, эту рыбу дурную. Ну никакого почтения к рыбаку, ну никакого! По деньгам прикинул, сколько вбухано, чтоб того самого леща поймать, - ужас! А толку-то – чуть… И что самое обидное, как раз вчера вечерком какой-то местный мужичок, хитро улыбаясь и попыхивая сигареткой, проходя мимо, показал свой садок с тремя (четырьмя, пятью!) в-о-о-т такими лещищами, а ведь пришел он на речку позже, да и ловил не на нормальной лещовой яме, а вообще непонятно где! Да и насадка у него совсем дурацкая была, просто-напросто козявка какая-то, что он в траве у берега за пять минут собрал, а уж о снасти его в принципе лучше не говорить – примитив какой-то бамбуковый… Но он-то поймал! И хорошо поймал. Н-да-а…
Что ж, бывает и так. И ничего тут странного нет. Просто в поединке между книжными обобщенными знаниями, и рыбацким опытом обычно побеждает опыт. А если этот самый опыт замешан на природной наблюдательности и уживается с интуицией, тут уж вообще все технические премудрости сразу и безоговорочно отходят на второй план. Вот такой расклад получается…
Однако, опыт – дело наживное. И приобретается он пропорционально количеству рыбалок, умноженному на индивидуальные способности анализировать и запоминать полученную информацию. Тут уж – у кого как. Некоторые на память больше надеются, другие – дневники ведут, а иные прочие просто стараются на рыбалке сесть кому-нибудь “на хвоста”, то есть чужим опытом, чутьем и знаниями пользуются. Ну, да Бог им судья, лишь бы не мешали, хотя порой противно бывает…
Что ж, кажется, все правильно изложил, более-менее стройно и понятно. Не о чем спорить. Опытный рыбак всегда обставит своего менее умудренного коллегу на водоеме. Так ведь? Так, да не так. Говорят же в народе, мол, новичкам всегда везет! И тому есть подтверждения! Сам знаю, сам видал. А значит, не складывается мозаика, значит есть о чем порассуждать…
Опыт со знаком плюс
Никогда не любил рыболовных соревнований. Да и не понимал, не одобрял, собственно говоря, самой их сути. Ведь, что такое соревнования по рыбалке? Ну, соберутся с полсотни мужиков, набросают в водоем с полтонны всякой прикормки и давай душить мелкую уклейку, всего-то с палец размером. А потом еще и призы, дипломы получают за то, что больше других этой самой уклейки надергали. Причем счет идет на граммы, да на хвосты. Чушь какая-то! А где же единение с природой, где поединок с достойной добычей, где романтика, в конце концов?
Но вот как-то раз жизнь сделала очередной вираж, и я очутился на таких соревнованиях, причем не в качестве зрителя, а в качестве члена команды. А что делать? Председатель нашего рыболовного коллектива сказал, мол, надо, Леша! И я поехал. Давно это было…
Соревновались зимой по ловле на мормышку. Место было определено заранее и со знанием дела. На этом огороженном флажками участке водохранилища ни летом, ни зимой – никогда ничего путного не ловилось! Так себе местечко. Окунек некрупный, ершик, иногда плотва, но тоже не больше, чем пол-ладошки.
Дали старт, и уже через несколько минут метровый лед залива превратился в решето. Все участники состязаний увлеченно топтали снег, сверлились, трясли коротенькими зимними удильниками, периодически доставая из лунок полупрозрачных рыбешек. Ловили азартно, с огоньком, и три коротких соревновательных часа пролетели, как один миг.
Сдаем рыбу на взвешивание. У всех примерно поровну – десятка по два живцов, общим весом грамм 200. Звучат цифры 220, 257, 191… Это – количество заработанных баллов по системе “грамм плюс хвост”. Мы улыбаемся, дружески подталкиваем соперников, смеемся, что с такими достижениями наши домашние кошки совсем отощают. И вдруг… решение судейской коллегии: первое место с суммой в тысячу с лишним (!!!) баллов присуждено… Ну, и так далее.
Ничего себе! Протискиваюсь к победителю, поздравляю. Он улыбается, говорит, что тоже ловилась исключительно мелочь, и жаль, что день проходит, а товарной рыбки на леске даже подержать не удалось. Слово за слово, решаем остаться на водоеме, уйти за мыс и немного помормышить на нормальном перспективном месте, благо погода очень даже дружелюбная, да и время всего-то лишь за полдень перевалило. Признаюсь, я тогда имел свою корысть. Уж очень хотелось посмотреть, чем же чемпион лучше меня-то. Кстати сказать, к нам присоединилось еще несколько желающих.
Новое место и впрямь было поинтересней. Окунь стал попадаться вполне кондиционный, так что жизнь вновь обрела смысл. Через некоторое время я сравнил свой улов с добычей чемпиона и опять почувствовал себя не у дел. Тот обставил меня чуть ли не на порядок. И по весу и по хвостам! На каждого добытого мной окуня он отвечал пятью-шестью полновесными полосатиками. Да-а-а… Было о чем задуматься.
Видя мое недоумение, чемпион дружески предложил поменяться лунками. Поменялись. И, о ужас! Его лунка наотрез отказалась плодоносить, а с моей точки он снял подряд трех горбачей, граммов под 300 каждый! Ну, что тут скажешь? Я был восхищен, смят и раздавлен одновременно…
Потом, конечно, были долгие разговоры, детальное исследование снасти, дружеский обмен телефонами. Кстати выяснилось, что мой новый знакомый пристрастился к рыбалке не так давно, во всяком случае его рыболовный стаж составлял не более трети от моего. Но! На рыбалке он бывает чаще, ведет дневник, периодически ездит на соревнования, много внимания уделяет экипировке и т.д. и т.д. Вот количество и перешло в качество! Ну, а я с тех пор уже по-другому смотрю на всякие рыболовные тусовки.
* * *
В рыбацкой литературе частенько советуют при исследовании незнакомого водоема не пренебрегать помощью местных корифеев. Совет, в общем-то, правильный. Собранная за полчаса разговора информация может сберечь уйму драгоценного времени и сил непосредственно на рыбалке. И все же, не лишнем будет для начала пропустить полученные сведения через фильтр собственного опыта.
Когда я впервые попал в край чистых и глубоких озер на северо-западе Тверской области, то первый день рыбалки меня явно не порадовал. Спиннинг приносил лишь мелких окуньков да щурят, а более-менее крупная добыча оставалась пока за кадром. И хотя акватории близлежащих водоемов были не слишком обширными, что позволяло при наличии определенной настырности провести подробную разведку самостоятельно, я все-таки решил посоветоваться с местными рыболовами, точнее с одним рыболовом, который первым встретился мне в этом малонаселенном месте.
Опытный и добродушный дед с удовольствием рассказал целую кучу рыбацких баек, из которых в общем-то следовало, что рыба здесь есть и не может не есть, а значит должна ловиться, причем с успехом. Однако, для достижения этого самого успеха по мнению местного рыболова в данный момент лучше всего использовать сети, поскольку никакими блеснами сейчас рыба не интересуется. А спиннинг может пригодиться не раньше середины октября, когда после традиционных осенних дождей наступит пора устойчивых утренних заморозков.
Практически все мои блесны были напрочь забракованы местным рыболовом. Только несколько старых колебалок типа “шторлинг” получили одобрение. Воблеры лишь вызвали язвительную усмешку. В качестве убийственного аргумента дед сослался на собственный опыт и опыт своего племянника, который привез “из самой Финляндии” кучу самых разных искусственных рыбок, на которых здесь никто и не позарился.
В общем, было от чего загрустить. Сетями я не ловлю, да и не собираюсь, ждать середины октября тоже как-то не получается, оставалось одно – забыть про скептические рассуждения моего собеседника и попытаться “пробить” местные озера самостоятельно.
Утешало только, что к тому времени у меня уже был накоплен определенный опыт ловли на воблеры, и я знал, что приманка эта – штука очень уловистая, но достаточно капризная, и надо постараться, чтобы правильно ее подать. И, вполне возможно, что местные рыболовы просто не смогли подобрать нужную форму, игру или цвет воблера, а может просто понадеялись на извечный русский авось. А, поскольку, лобовая “кавалерийская” атака с привычными блеснами не удалась, я сделал ставку именно на воблеры и принялся методично прочесывать подводные холмы и опушки травянистых мелководий, стараясь добиться благосклонности вялых и меланхоличных местных щук.
Провел полдня без намека на поклевку, но упорно продолжал свои изыскания. Успех принес обычный скромный “Rapala Deep Runner” семерка, которым я скреб бугристые свалы русла затопленной речушки. Первая щучка была, как награда, как медаль, помнится я даже чмокнул ее плоскую морду и попросил прощенья, но отпустить не решился, уж больно далеко в жабрах побывали якорьки воблера. И куда только подевалась щучья сонливость?
Дальнейшая ловля была уже относительно простой…
* * *
Некоторые любители арифметики, бывает, соотносят время, проведенное на рыбалке, с количеством пойманной рыбы, в килограммах или хвостах. По-моему, странное занятие! Для собирателей статистики скажу, что не так важна длительность ловли, как важен точно угаданный отрезок времени – период клева.
Все на Земле происходит с определенной цикличностью, и закон сей в полной мере распространяется и на обитателей подводного мира. И если удалось обнаружить точку выхода рыбы на кормежку, да еще и определить событие, регламентирующее этот выход, то считай, полдела сделано. В дальнейшем можно будет просто периодически наведываться на заветное место и в урочный час собирать свой законный урожай.
Одно время я очень увлекался ловлей судака на одном из подмосковных водохранилищ. Надо сказать, что судачатников там в те годы было немало. В основном ловили на кружки, реже на поролон и совсем редко на блесны. Я же вообще ловил в отвес на мормышку с мальком, используя в качестве удилища спиннинг.
К этому виду рыбалки пристрастился как-то случайно, просто попробовал и понравилось. Потом и друзей своих заразил. Хотя, надо сказать, ловля не простая, да и, как говориться, на любителя. Судите сами: ловить приходится в основном в крепких местах (коряжник, каменистые россыпи), отсюда – масса зацепов со всеми вытекающими, а кроме того, результативные периоды бывают обычно дважды в сутки, на зорях, а именно, час-полтора утром и не более часа вечером. Короче, на рассвете и на закате. И все… Остальное время – разведка мест, т.е. работа глубомером, установка ориентиров – буйков, ловля живцов и т.п. Конечно, можно изловить вялого судака или щуку и днем, но азартного клева, ради которого собственно и затевалась вся рыбалка, днем не дождешься, да и эффективность довольно низкая.
В самой середине июля на подмосковных водохранилищах ловля хищника обычно замирает. Жара, духота, полный штиль, ну и вода цветет. Лещатники и плотвичники еще как-то ловят понемногу, а вот судачатники да щукари – в полной меланхолии. Но, куда ж деваться, если отпуск в июле? Можно было, конечно, укатить в какой-нибудь Тмутараканск на юг или север, но домашние дела парализовали саму возможность длительной рыбалки. Максимум, что получается – рыбалка с одной ночевкой, т.е. вечер плюс утро. Но мне-то этого должно хватить!
Часа в четыре пополудни подгребаю к месту моей всегдашней стоянки. Вот те раз! Занято. Палатка, костер, и три скучных мужичка вяло дегустируют теплую водочку. Над поляной зависло плотное густое марево топленого жаркого воздуха пропахшего дымом, потом и печеной картошкой. Прислоненные к березе, уныло дремлют спиннинги, валяется внушительных размеров подсак. Котелок для ухи пустой. Увы и ах. Грустно…
Рыбаки предлагают мне поселиться рядом, благо места еще для одной палатки больше, чем достаточно. Главный аргумент – мол, веселее будет, хоть пообщаемся, рыба-то не клюет. Решаю воспользоваться добродушием новых знакомых, встаю неподалеку.
Поставил палатку, собрал спиннинг, черпанул десятка три мальков (по счастью у берега тучно крутились стайки вездесущей верховки), развел маленький костерок для вечернего чая. Ну, что? По сто грамм за знакомство? Хватит суетиться, пора и соседям честь оказать.
Посидели немного, поболтали. Рыбаки, как выяснилось, стоят тут уже третий день. Испробовали все разрешенные снасти. Полный ноль! Десяток некрупных окушков на вертушку у травы, да пара худосочных щурят. Вот и весь улов. Но сегодня надеются прорваться, ибо удалось за известное Российское вознаграждение арендовать у местного специалиста две китайских сеточки, метров по тридцать каждая. Надеются наловить хотя бы плотвы для отчета перед женами, об ухе даже не помышляют.
Что ж? Мне это не шибко понравилось, но и особо возмущаться было тоже как-то не с руки. И все-таки огрызнулся, сказал, что и без этих глупостей (в смысле – сетей) можно и на уху и для дома рыбки наловить, если постараться, конечно. Мужики, понятное дело, набычились – мол, ишь какой грамотный, иди, попробуй, а мы пока на бережку посидим, посмотрим.
Вызов был брошен, и я поднял эту перчатку. Хотя, как говориться, сам напросился. Но теперь отступать уже некуда. Как бы не осрамиться при всем честном народе! Так где ваши сетки стоят? Да нет, не трону, больно надо… Просто не хочу мешать. Соревноваться будем честно: вы - сетями, я – спиннингом (правда с мормышкой и мальком). Что, без обид? Ну и ладушки! Даже, говорите, рыбой поделитесь? Спасибо, конечно, но я как-то сам…
Солнце уже зависло над расплавленным горизонтом, почти коснувшись его своей рыжей каймой, и потогонный зной, наконец, образумился, спал. Стало значительно комфортней. Вот только комары… Ну, да ладно, на воде их не будет, или почти не будет. Пора! Прыгаю в лодку и вперед на свои заветные места.
Первые две точки молчат. Или сюда еще не подошел хищник, или тут слишком глубоко, а вода на глубине сейчас тухлая. Можно будет попробовать половить повыше, но это на обратном пути, а пока гребу к знакомой поваленной березе. Там помельче и песочек. Для судака и окуня – самое оно! Так и есть, с первой же проводки засекаю судаченка, грамм на 500. В принципе, вполне кондиционная рыба, но все же маловат. Вот дилемма – брать, не брать? И что обидно, зацепил-то за край губы! Но жадность одолевает, а вдруг больше не поймаю?
…Поймал, да еще как поймал! Когда на кукане заходил двухкилограммовый клыкач, я сразу же амнистировал своего первенца, вернул ему свободу, благо между первой и второй рыбой прошло всего-то несколько минут. Думаю, полосатый подросток выжил.
Я возвращался к лагерю уже в сумерках. Плыл не торопясь, потихоньку, дабы не утомить пятерых колючих рыбин, тянувшихся в кильватере лодки на кукане. Была еще поклевка хорошей щуки, но что-то я зевнул, не смог вовремя развернуть ее и увести от коряги. Ладно, у меня целое утро в запасе!
На берегу встречают несколько повеселевшие соседи. В их сетки попалось до десятка подлещиков, граммов по 250 – 300, да один заблудившийся окунь, примерно на полкило. Плотвы, как ни странно, не было. Вот такой улов, да еще пара стопочек горячительного и были причинами довольно радостного возбужденного состояния трех горемык.
Потом случилась немая сцена из “Ревизора”, когда я предъявил свою добычу. Мужики так придирчиво осматривали судаков, словно пытались найти какой-то изъян, какое-то доказательство, что рыба не настоящая. Исполненный великодушия к поверженному противнику, я разрешил даже потрогать свой спиннинг, показал мормышки, объяснил в общих чертах что да как. Не все конечно выложил… Еще чего? Самим соображать надо, головой шурупить, а не за сети хвататься (хорошо хоть, не за динамит!). Но, вообще-то, шанс всегда есть.
А сейчас все, устал я, пора спать, завтра вставать до рассвета, утром еще поймаю, да и с вами поделюсь.
Опыт со знаком минус
Свои “подшефные” подмосковные запруды, расположенные не более чем в получасе езды от моей дачи, я знаю, естественно, очень хорошо. Когда нет времени на серьезную рыбалку, а помахать спиннингом ой как хочется, то эти самые маленькие неприметные водоемчики здорово выручают. Конечно, ничего героического ожидать от таких заловленных, запрессованных, окруженных многочисленными дачными поселками прудов не приходится, более того, из года в год ситуация здесь обычно развивается от плохого к худшему. Печально…
Лет семь назад одна из этих запруд умерла полностью. Кто или что явилось тому причиной сказать трудно, скорее всего, тут сложилась куча отрицательных факторов, вот природа и не сдюжила. Ну что поделаешь? Погоревали мы тогда с приятелем, пополоскали блесны в безжизненных водах раз, другой, да и вынесли вердикт: все, водоем помер, как минимум по хищнику, и делать здесь больше нечего. И перестали посещать этот уютный, красивый, некогда довольно щедрый окунево-щучий пруд. И если на другие подобные водоемы мы время от времени наведывались и зимой и летом, полавливали некрупных окуней, да щучек-травянок, то на этих угодьях был поставлен большой жирный крест. Лишь иногда, проезжая в сторону иных рыбных мест мимо умершего пруда, я с тоской вспоминал о прежних уловах, за которыми не надо было отправляться в дальнюю даль и горевал о скучной участи водоема, превратившегося в естественный бассейн для дачников.
Но вот, в начале прошлой зимы, вдруг выяснилось, что к началу сезона мы, в общем-то, не готовы. Не смогли запастись живцом. Катастрофа! А ведь собирались половить на жерлицы, планы строили… Эх, ма! Надо было срочно спасать положение. Решили по быстрому объездить близлежащие лужи, наловить хотя бы мелкой плотвы и окуньков. Вспомнили про забытый нам пруд. Хорошей рыбы там не стало, вся повывелась, знаем по опыту, но, может быть мелочь расплодилась? Ведь была же там раньше плотвичка. Скрепя сердце, решаем все-таки попробовать, хотя надежды на успех практически нет.
Приехали. Вышли на лед. Надо же, а мы тут не одни. Вон еще трое сидят. Значит что-то ловится! Уходим под берег и буквально с первых лунок очень быстро налавливаем две канны живцов. Плотва, окунь, чуть-чуть ершей. Причем некоторые окуньки явно великоваты для живца. Таких лучше на сковородку! Ради эксперимента налаживаем легкие удочки - блеснилки. Хоть и за живцом поехали, а блесенки-то взяли!
И пошла потеха… Окунь вполне кондиционный, не гигант, но все же. Вот веселье-то неожиданное! А тут вдруг кивок как-то серьезно прижало, и на леске заходила – загуляла упорная злая рыбина. Щучка! Ну ничего себе?! Откуда? Глядь, и напарник такую же из лунки достает, смеется от радости, аж сияет. Ну дела-а-а…
Так и просидели на воскресшем пруду весь день. Под вечер пообщались с другими рыболовами, и они подтвердили, да, пруд был сильно опустошен, да, щука почти пропала, но несколько лет назад прекратили весной сбрасывать воду, рыба хорошо нерестится, икра не пересыхает, и вот уже третий год водоем неплохо плодоносит. “Крокодилов”, правда, не замечено, но поймать зубастую на килограмм - полтора очень даже просто.
Так что рановато было ставить крест на водоеме и авторитетно заявлять, что, мол, делать там не чего. Ну, что ж, сами себя наказали, о собственный опыт споткнулись. Впредь умнее будем… Может быть…
* * *
Как-то, в самый разгар спиннингового сезона я решил пополнить истощившиеся запасы своих блесен. Конкретно, нужны были вертушки двоечки “Меппс Аглия”, желательно белые, серебристые. Но в магазине выбор оставлял желать лучшего. Две последних блесны я забрал прямо с витрины. Маловато! А что поделаешь, - сезон! Оглядел еще раз витринное стекло. Лежит только какая-то крашенная бижутерия. С виду – обычная “Аглия”, но вот лепесток покрыт яркой эмалью. Есть оранжевые, малиновые, лимонные цвета. Блестят, как елочные игрушки! “Мэппс Флюо” называются. Действительно “Флюо”, то есть флуоресцентные. Где-то читал, что для форели, вроде как, неплохо… Может быть, может быть.
Продавец извиняясь пожал плечами, мол чем богаты. С другой стороны, ведь дома шкурка-то есть, а уж ободрать краску – раз плюнуть. Короче, взял и оранжевых и лимонных… Потом, дня через два в другом магазине нашел то, что искал, и закупился от души! А “Флюо” так и остались лежать без дела.
И хотя фирма “Меппс” у меня нареканий никогда не вызывала, все же стереотип цвета уловистой вертушки, когда-то сложившийся в моем сознании, не позволял пристегнуть крашенные блесны к поводку. Для себя я решил, что игрушки эти, видимо, могут пригодиться по особо мутной воде, но такой воды все лето не было, потом, по осени, я перешел на воблеры, потом на джиг. В общем, так и лежали у меня в коробке, взятые на всякий случай, красавицы не обловленными. Долго лежали. Целый год…
В один из дней недельной семейной рыбалки я практически безуспешно пытался соблазнить хоть какого-нибудь хищника, обитающего в захламленных бочажках маленькой лесной речушки. Но тщетно! Ни щучка, ни голавль не удостоили своим вниманием мои не раз проверенные боевые приманки. Только пара некрупных окушков, да одна невнятная, вроде бы щучья, поклевка – вот и все, что я мог записать себе в актив.
На озере, в которое впадала речушка, меня поджидала дочь. Она совсем недавно пристрастилась к спиннингу, но сразу увлеклась, училась с охотой и удовольствием. Вот только расход блесен у нее был по началу просто катастрофическим. Извиняющимся тоном она попросила у меня несколько новых железок, свои-то все ей благополучно удалось утопить. Что поделаешь? Я раскрыл коробку…
Известно, женщины выбирают сердцем. И дочка без колебаний ухватила яркие кричащие вертушки, оставив без внимания и медь, и серебро, и золото. Пару проверенных матовых блесенок я всучил ей чуть ли не силой, уж очень хотелось, чтоб дитё научилось рыбачить головой, а не эмоциями. И хотя мой отцовский авторитет в области рыбалки котировался очень высоко, дочь тем не менее привязала на леску ярко-оранжевую “Аглию” и направилась в сторону речки, то есть туда, откуда я сам вернулся всего-то десять минут назад. Вот она – современная молодежь! Ну не хотят они учиться на чужом опыте, вечно идут против правил! А-а-а…, пусть. Я только махнул рукой…
Уже свечерело, когда мы встретились у маленького лодочного пирса. Моя искусанная комарами, настеганная крапивой и ивняком барышня гордо сунула мне под нос кукан с темными горбатыми окунями, среди которых, впрочем, затесался и щуренок грамм на 600. Но что было поистине удивительно, ей удалось не потерять ни одной блесны! Фантастика!
Оказалось, что из боязни оторвать красивую яркую вертушку, дочь ловила по самой поверхности, не давая блесне опуститься ниже чем на ладонь даже на относительно глубоких местах. Проводка, надо полагать, была достаточно быстрая, ну, а блесна – той самой кислотной масти. Да, кстати! Вода-то в речушке ничуть не мутная, наоборот, чистая и прозрачная, как слеза!
* * *
Аксиома: шум на рыбалке не уместен! Тех, кто кричит, топает, камни в воду бросает или просто орет на берегу, лучше с собой не брать, а уж если встретишь подобных шумных соседей у воды, то все! Полный привет! Срочно сматывай удочки и беги куда подальше, ищи тихое местечко, может, повезет. Хорошо еще, если водоем большой, есть куда спрятаться, а если нет?
Теплым осенним днем задержались мы с приятелем на берегу неширокого вытянутого озерка. Вдоль заросших густым ольшаником берегов строгим частоколом стоял тростник, иногда вперемешку с гнездами стрелолиста. Поверхность воды у тростника была густо покрыта травой, а кое-где и тиной. В этих непроходимых зарослях постоянно играли мальки, которых азартно, с чавканьем и всплесками, гоняли окуни. Иногда в самой непролазной тине бултыхалось что-то солидное.
Местами на поверхности воды были видны узкие дорожки – коридоры свободные от растительности, где мы и полоскали свои блесны, охотясь за окунями. Ловля такая требовала определенной усидчивости и терпения. Надо было затаиться около свободного коридора со спиннингом наизготовку и ждать, когда хищники проявятся где-то рядом с подконтрольной зоной чистой воды. Тогда можно было быстро поймать одного-двух полосатых, потом вновь приходилось ждать.
Конечно, на водоеме были довольно обширные пятачки открытого, свободного от тины и тростника пространства, но малек на такие незащищенные места выходил только рано утром, где его тут же атаковали разбойные окуни, которых, в свою очередь, атаковали мы. Однако утро уже давно кончилось, рыба забилась в непроходимую траву, а нам так хотелось еще половить! Дальние глубинные бровки тоже оказались пустыми. Ясно, вся рыба здесь у берега, в этой самой траве.
Всяких хитростей типа слагов, техасских оснасток, глиссеров в то время ни я, ни мой друг не знали, а имеющиеся в нашем распоряжении колебалки-незацепляйки для местного окуня не годились. Вот и приходилось тихо сидеть в засаде рядом с чистой водяной дорожкой и ждать очередного подхода резвящихся в густой траве пожирателей верховки.
Тем не менее это было лучше, чем ничего. Наши садки понемногу наполнялись, и рыбалка, больше похожая на стрельбу из засады, нам даже нравилась.
Примерно в полдень на нашем берегу пруда появились двое ребятишек младшего школьного возраста. Они весело и шумно бежали по косогору, сопровождаемые огромной черной собакой, в которой без труда можно было узнать ньюфаундленда. Оба бедовых пацана на ходу сбросили рубашки и сандалии и, пробежав мимо нас, с размаху влетели в прохладную сентябрьскую воду! Туда же бросилась и собака.
Шум, гам, визг! И как они только в такую воду залезли? Ведь не июль на дворе, в конце концов. Я посмотрел на приятеля. Тот пожал плечами, покрутил пальцем у виска и махнул рукой, мол, все, рыбалка закончилась. Жаль, но по-видимому он прав. После подобных забав чуткое рыбье население придет в себя только к вечеру. Но оставалась слабенькая надежда, что до наших окуней пацаны не доберутся. Мы отошли от уреза воды и уселись на линялую осеннюю траву, ожидая ухода разудалой компании.
А ребятишки уже выскочили на берег, трясясь от холода, натянули рубашки и принялись бегать вдоль уреза воды, сопровождаемые собакой. Потом один паренек нашел какую-то палку и стал кидать ее в воду, явно отрабатывая со своим лохматым псом команду “Апорт”. Собака с удовольствием плавала, продиралась сквозь траву и камыши, всем своим видом показывая любовь и преданность маленькому хозяину. После серии таких заплывов мой друг не выдержал и стал собирать спиннинг.
Тем временем к маленьким разбойникам подошел мужчина, по-видимому, их отец. В руках у него была какая-то котомка и чехол для удочек. Мужчина вытряхнул из котомки что-то вроде большого полотенца, бросил его пацанам и стал налаживать снасти. И что он собирался тут поймать после такой бурной деятельности своих наследников? Может быть каких-нибудь ротанов? Так их тут вроде бы нет и отродясь не было!
Надо же, а у него в руках-то спиннинг! Да-да, дешевый китайский телескоп, которым и бросать-то толком не получиться, не то что ювелирно водить блесенку в травяных прогалах. Мы с приятелем многозначительно переглянулись, мол, давненько чайников на водоеме не видели, а тут он сам к нам пришел. Ну и ладно, пусть тренируется, смотреть на это дело мы не будем. Да и вообще, домой пора. Вот сейчас только тяжелые садки с рыбой мимо его носа пронесем, пусть полюбуется.
А мужчина и не собирался утруждать себя эстетичной ловлей окуня среди препятствий. Он привязал к леске приличных размеров колебалку, чуть отошел от края тростников и стал пулять свою блесну на достаточно чистом месте, абсолютно не обращая внимания на собаку, которая периодически шарилась по траве на мелководье, заходя в воду по шейку. В общем, новичок – он и есть новичок! Что с него взять-то?
Мы уже несли свои садки с окунями мимо веселой компании, провожаемые восторженными взглядами маленьких купальщиков и их лохматого зверя, когда отец семейства издал странный утробный звук, типа: ”И-и-ё-о-о!”. Спиннинг в его руках вдруг ожил, задергался, заплясал, явно стараясь вырваться на свободу. На лице рыбака застыла странная гримаса недоуменья, радости и страха, губы его шевелились, но никакого другого звука, кроме ”И-и-ё-о-о!” выдавить из себя он, по-видимому, не мог.
Метрах в десяти от берега вода вскипела бурунами упирающейся рыбы. Щука, а это была, без сомненья, она, крутилась на довольно обширной, свободной от травы поляне и почему-то не стремилась в спасительные прибрежные заросли, а наоборот тянула тугую леску в сторону глубины.
- Катушку, катушку крути! – орал вконец растерявшемуся рыболову мой приятель. Но тот словно впал в ступор, просто стоял на месте, лихорадочно вцепившись в гудящее удилище и зажав катушку левой рукой. Скорее всего он и не смог бы бороться с рыбой самостоятельно, не хватало опыта, да и явно халтурная снасть разваливалась прямо на глазах.
Положение спасла крепкая и достаточно толстая леска. Рыболов просто стал пятиться задом, таща добычу, как ведро из колодца, волоком. Как ни странно, спиннинг выдержал, не сломался. В конце концов щука оказалась на берегу, где мы ее и приняли в четыре руки.
Рыба была чудо как хороша! Брусковатое сильное тело, змеиная зелено-черная чешуя, красивые красноватые плавники. На вид в ней было килограмма три или чуть больше. Н-н-да! Наши замечательные окуни враз померкли рядом с этим неожиданным трофеем новичка.
Так ЧТО это было? Обычное везенье, которое не укладывается ни в какие логические схемы? Или случайное совпаденье обстоятельств, сыгравшее на руку начинающему спиннингисту, и так больно щелкнувшее по нашему с приятелем самомнению?
Мысленно отмотав пленку времени назад, я пришел к выводу, что скорее всего второе. Ведь что произошло? В теплой прибрежной зоне среди густой травы скопился малек. Хищники, которые были не прочь закусить, также переместились в сторону подводных джунглей. Тут-то мы их и ловили. Но! Расчет-то был на окуня, соответственно и блесенки применялись мелкие, первый, максимум второй номер. Да и проводка в неглубоких травяных коридорах была довольно скоростная. Могла, конечно, щука хапнуть. Могла, но не стала. Стояла где-то рядом, изредка хватая то, что само лезет в пасть и никуда не уходила, мы же вели себя тихо, как мыши, старались не пугать рыбу.
А когда водоплавающие пацанята, да еще с собакой полазили по мелководью, да по траве, щуке это явно не понравилось, и она отошла за границу того самого мелководья, затаилась где-то на свале. Тут, как раз большая медленная колебалка оказалась весьма кстати.
Так вот и подшутил над нами наш собственный опыт, а может и не только он…
Август 2006 г.